Каталог книг

Достоевский, Федор Михайлович Двойник. Повести и рассказы

Перейти в магазин

Сравнить цены

Описание

В книге наиболее полно представлены повести и рассказы Ф. М. Достоевского, в том числе написанные с неподдельным чувством юмора. Автор проявляет необычайное умение в описании комических эпизодов из жизни и заставляет читателя весело смеяться над недостатками своих героев и комичностью ситуаций. В рассказах талант автора засверкал новыми гранями: мастер короткого рассказа, фантастических сюжетов. Перед вами оживут петербургские улицы ХIХ века, вы познакомитесь с нравами обитателей Петербурга. И совсем в духе Н. В. Гоголя узнаете о жизни чиновничьего Петербурга и приключениях господина Голядкина. Увидите масштабную картину идеального человечества и падения нравов среди людей. Неизменным при этом остается тонкий глубокий психологизм автора, ставший неотъемлемой чертой всех сочинений Достоевского.

Сравнить Цены

Предложения интернет-магазинов
Достоевский Ф. Двойник Повести и рассказы Достоевский Ф. Двойник Повести и рассказы 491 р. chitai-gorod.ru В магазин >>
Федор Достоевский Двойник Федор Достоевский Двойник 0 р. litres.ru В магазин >>
Федор Достоевский Двойник Федор Достоевский Двойник 149 р. litres.ru В магазин >>
Федор Достоевский Два самоубийства Федор Достоевский Два самоубийства 50 р. litres.ru В магазин >>
Федор Достоевский Слабое сердце Федор Достоевский Слабое сердце 50 р. litres.ru В магазин >>
Федор Достоевский Ползунков Федор Достоевский Ползунков 50 р. litres.ru В магазин >>
Федор Достоевский Господин Прохарчин Федор Достоевский Господин Прохарчин 50 р. litres.ru В магазин >>

Статьи, обзоры книги, новости

Читать Двойник - Достоевский Федор Михайлович - Страница 1 - читать онлайн

Двойник, стр. 1

Федор Михайлович Достоевский

Было без малого восемь часов утра, когда титулярный советник Яков Петрович Голядкин очнулся после долгого сна, зевнул, потянулся и открыл, наконец, совершенно глаза свои. Минуты с две, впрочем, лежал он неподвижно на своей постели, как человек не вполне еще уверенный, проснулся ли он, или еще спит, наяву ли и в действительности ли все, что около него теперь совершается, или — продолжение его беспорядочных сонных грез. Вскоре, однакож, чувства господина Голядкина стали яснее и отчетливее принимать свои привычные, обыденные впечатления. Знакомо глянули на него зелено-грязноватые, закоптелые, пыльные стены его маленькой комнатки, его комод красного дерева, стулья под красное дерево, стол, окрашенный красною краской, клеенчатый турецкий диван красноватого цвета, с зелененькими цветочками и, наконец, вчера впопыхах снятое платье и брошенное комком на диване. Наконец, серый осенний день, мутный и грязный, так сердито и с такой кислой гримасою заглянул к нему сквозь тусклое окно и комнату, что господин Голядкин никаким уже образом не мог более сомневаться, что он находился не в тридесятом царстве каком-нибудь, а в городе Петербурге, в столице, в Шестилавочной улице, в четвертом этаже одного весьма большого, капитального дома, в собственной квартире своей. Сделав такое важное открытие, господин Голядкин судорожно закрыл глаза, как бы сожалея о недавнем сне и желая его воротить на минутку. Но через минуту он одним скачком выпрыгнул из постели, вероятно попав, наконец, в ту идею, около которой вертелись до сих пор рассеянные, не приведенные в надлежащий порядок мысли его. Выпрыгнув из постели, он тотчас же подбежал к небольшому кругленькому зеркальцу, стоящему на комоде. Хотя отразившаяся в зеркале заспанная, подслеповатая и довольно оплешивевшая фигура была именно такого незначительного свойства, что с первого взгляда не останавливала на себе решительно ничьего исключительного внимания, но, повидимому, обладатель ее остался совершенно доволен всем тем, что увидел в зеркале. «Вот бы штука была, — сказал господин Голядкин вполголоса, — вот бы штука была, если б я сегодня манкировал в чем-нибудь, если б вышло, например, что-нибудь не так, — прыщик там какой-нибудь вскочил посторонний или произошла бы другая какая-нибудь неприятность; впрочем, покамест недурно; покамест все идет хорошо». Очень обрадовавшись тому, что все идет хорошо, господин Голядкин поставил зеркало на прежнее место, а сам, несмотря на то, что был босиком и сохранял на себе тот костюм, в котором имел обыкновение отходить ко сну, подбежал к окошку и с большим участием начал что-то отыскивать глазами на дворе дома, на который выходили окна квартиры его. Повидимому, и то, что он отыскал на дворе, совершенно его удовлетворило; лицо его просияло самодовольной улыбкою. Потом, — заглянув, впрочем, сначала за перегородку в каморку Петрушки, своего камердинера, и уверившись, что в ней нет Петрушки, — на цыпочках подошел к столу, отпер в нем один ящик, пошарил в самом заднем уголку этого ящика, вынул, наконец, из-под старых пожелтевших бумаг и кой-какой дряни зеленый истертый бумажник, открыл его осторожно, — и бережно и с наслаждением заглянул в самый дальний, потаенный карман его. Вероятно, пачка зелененьких, сереньких, синеньких, красненьких и разных пестреньких бумажек тоже весьма приветливо и одобрительно глянула на господина Голядкина: с просиявшим лицом положил он перед собою на стол раскрытый бумажник и крепко потер руки в знак величайшего удовольствия. Наконец он вынул ее, свою утешительную пачку государственных ассигнаций, и, в сотый раз, впрочем считая со вчерашнего дня, начал пересчитывать их, тщательно перетирая каждый листок между большим и указательным пальцами. «Семьсот пятьдесят рублей ассигнациями! — окончил он, наконец, полушепотом. — Семьсот пятьдесят рублей … знатная сумма! Это приятная сумма, — продолжал он дрожащим, немного расслабленным от удовольствия голосом, сжимая пачку в руках и улыбаясь значительно, — это весьма приятная сумма! Хоть кому приятная сумма! Желал бы я видеть теперь человека, для которого эта сумма была бы ничтожною суммою? Такая сумма может далеко повести человека…»

«Однако что же это такое?» — подумал господин Голядкин, — да где же Петрушка?». Все еще сохраняя тот же костюм, заглянул он другой раз за перегородку. Петрушки опять не нашлось за перегородкой, а сердился, горячился и выходил из себя лишь один поставленный там на полу самовар, беспрерывно угрожая сбежать, и что-то с жаром, быстро болтал на своем мудреном языке, картавя и шепелявя господину Голядкину, — вероятно, то, что, дескать, возьмите же меня, добрые люди, ведь я совершенно поспел и готов.

«Черти бы взяли! — подумал господин Голядкин. — Эта ленивая бестия может, наконец, вывесть человека из последних границ; где он шатается?» В справедливом негодовании вошел он в переднюю, состоявшую из маленького коридора, в конце которого находилась дверь в сени, крошечку приотворил эту дверь и увидел своего служителя, окруженного порядочной кучкой всякого лакейского, домашнего и случайного сброда. Петрушка что-то рассказывал, прочие слушали. По-видимому, ни тема разговора, на самый разговор не понравился господину Голядкину. Он немедленно кликнул Петрушку и возвратился в комнату совсем недовольный, даже расстроенный. «Эта бестия ни за грош готова продать человека, а тем более барина, — подумал он про себя, — и продал, непременно продал, пари готов держать, что ни за копейку продал. Ну, что?…»

— Ливрею принесли, сударь.

— Надень и пошел сюда.

Надев ливрею, Петрушка, глупо улыбаясь, вошел в комнату барина. Костюмирован он был странно донельзя. На нем была зеленая, сильно подержанная лакейская ливрея, с золотыми обсыпавшимися галунами, и, по-видимому, шитая на человека ростом на целый аршин выше Петрушки. В руках он держал шляпу, тоже с галунами и с зелеными перьями, а при бедре имел лакейский меч в кожаных ножнах.

Наконец, для полноты картины, Петрушка, следуя любимому своему обыкновению ходить всегда в неглиже, по-домашнему, был и теперь босиком. Господин Голядкин осмотрел Петрушку кругом и, повидимому, остался доволен. Ливрея, очевидно была взята напрокат для какого-то торжественного случая. Заметно было еще, что во время осмотра Петрушка глядел с каким-то странным ожиданием на барина и с необыкновенным любопытством следил за всяким движением его, что крайне смущало господина Голядкина.

— И карета приехала.

— На весь день. Двадцать пять, ассигнацией.

— И сапоги принесли?

— И сапоги принесли.

— Болван! не можешь сказать принесли-с. Давай их сюда.

Изъявив свое удовольствие, что сапоги пришлись хорошо, господин Голядкин спросил чаю, умываться и бриться. Обрился он весьма тщательно и таким же образом вымылся, хлебнул чаю наскоро и приступил в своему главному, окончательному облачению: надел панталоны почти совершенно новые; потом манишку с бронзовыми пуговками, жилетку с весьма яркими и приятными цветочками; на шею повязал пестрый шелковый галстук и, наконец, натянул вицмундир тоже новехонький и тщательно вычищенный. Одеваясь, он несколько раз с любовью взглядывал на свои сапоги, поминутно приподымал то ту, то другую ногу, любовался фасоном и что-то все шептал себе под нос, изредка подмигивая своей думке выразительною гримаскою. Впрочем, в это утро господин Голядкин был крайне рассеян, потому что почти не заметил улыбочек и гримас на свой счет помогавшего ему одеваться Петрушки. Наконец, справив все, что следовало, совершенно одевшись, г-н Голядкин положил в карман свой бумажник, полюбовался окончательно на Петрушку, надевшего сапоги и бывшего, таким образом, тоже в совершенной готовности, и, заметив, что все уже сделано и ждать уже более нечего, торопливо, суетливо, с маленьким трепетанием сердца сбежал с своей лестницы. Голубая извозчичья карета, с какими-то гербами, с громом подкатилась к крыльцу. Петрушка, перемигиваясь с извозчиком и с кое-какими зеваками, усадил своего барина в карету; непривычным голосом и едва сдерживая дурацкий смех, крикнул: «Пошел!», вскочил на запятки, и все это, с шумом и громом, звеня и треща, покатилось на Невский проспект. Только что голубой экипаж успел выехать за ворота, как господин Голядкин судорожно потер себе руки и залился тихим, неслышным смехом, как человек веселого характера, которому удалось сыграть славную штуку и которой он сам рад-радехонек. Впрочем, тотчас же после припадка веселости смех сменился каким-то странным озабоченным выражением в лице господина Голядкина. Несмотря на то, что время было сырое и пасмурное, он опустил оба окна кареты и заботливо начал высматривать направо и налево прохожих, тотчас принимая приличный и степенный вид, как только замечал, что на него кто-нибудь смотрит. На повороте с Литейной на Невский проспект он вздрогнул от одного самого неприятного ощущения и, сморщась, как бедняга, которому наступили нечаянно на мозоль, торопливо, даже со страхом прижался в самый темный уголок своего экипажа. Дело в том, что он встретил двух сослуживцев своих, двух молодых чиновников того ведомства, в котором сам состоял на службе. Чиновники же, как показалось, господину Голядкину, были тоже, с своей стороны, в крайнем недоумении, встретив таким образом своего сотоварища; даже один из них указал пальцем на г-на Голядкина. Господину Голядкину показалось даже, что другой кликнул его громко по имени, что, разумеется, было весьма неприлично на улице. Герой наш притаился и не отозвался. «Что за мальчишки! — начал он рассуждать сам с собою. — Ну, что же такого тут странного? Человек в экипаже; человеку нужно быть в экипаже, вот он и взял экипаж. Просто дрянь! Я их знаю, — просто мальчишки, которых еще нужно посечь! Им бы только в орлянку при жалованье да где-нибудь потаскаться, вот это их дело. Сказал бы им всем кое-что, да уж только…» Господин Голядкин не докончил и обмер. Бойкая пара казанских лошадок, весьма знакомая господину Голядкину, запряженных в щегольские дрожки, быстро обгоняла с правой стороны его экипаж. Господин, сидевший на дрожках, нечаянно увидев лицо господина Голядкина, довольно неосторожно высунувшего свою голову из окошка кареты, тоже, по-видимому крайне был изумлен такой неожиданной встречей и, нагнувшись сколько мог, с величайшим любопытством и участием стал заглядывать в тот угол кареты, куда герой наш поспешил было спрятаться. Господин на дрожках был Андрей Филиппович, начальник отделения в том служебном месте, в котором числился и господин Голядкин в качестве помощника своего столоначальника. Господин Голядкин, видя, что Андрей Филиппович узнал его совершенно, что глядит во все глаза и что спрятаться никак невозможно, покраснел до ушей. «Поклониться иль нет? Отозваться иль нет? Признаться иль нет? — думал в неописанной тоске наш герой, — или прикинуться, что не я, а кто-нибудь другой, разительно схожий со мною, и смотреть как ни в чем не бывало? Именно не я, не я, да и только! — говорил господин Голядкин, снимая шляпу пред Андреем Филипповичем и не сводя с него глаз. — Я, я ничего, — шептал он через силу, — я совсем ничего, это вовсе не я, Андрей Филиппович, это вовсе не я, не я, да и только». Скоро, однакож, дрожки обогнали карету, и магнетизм начальниковских взоров прекратился. Однако он все еще краснел,улыбался, что-то бормотал про себя…"Дурак я был, что не отозвался,

Источник:

online-knigi.com

Двойник», анализ повести Достоевского

«Двойник», анализ повести Достоевского История создания

«Двойник» - ранняя повесть Достоевского, написанная в 1846 г. и опубликованная во втором номере в журнале «Отечественные записки» за этот же год с подзаголовком «Приключения господина Голядкина».

Достоевский начал работать над «Двойником» после окончания повести «Бедные люди», писал произведение полгода. В 1945 г. он читал отдельные главы в кружке Белинского, они были приняты благосклонно. После издания повести Достоевский с горечью отмечал, что все её критикуют, считают затянутой и скучной, но читают с удовольствием, «перечитывают напропалую».

Достоевский принял решение переработать повесть, ему «Голядкин опротивел», но замысел писатель осуществил только через 20 лет. Он значительно сократил повесть, убрав повторы и длинноты, второстепенные рассуждения героя.

В качестве прототипа Голядкина называют писателя Якова Петровича Буткова, сотрудника «Отечественных записок», который отличался излишней робостью, мнительностью и замкнутостью, определённой забитостью. Бутков стал прототипом ещё нескольких героев Достоевского.

В окончательной редакции повесть получила подзаголовок «Петербургская поэма». Так Достоевский подчеркнул связь её с «Мёртвыми душами» Гоголя, исключительной в своём роде поэмой в прозе.

Литературное направление и жанр

Современники называли «Двойника» романом. Во втором издании Достоевский обозначил жанр как «Петербургская поэма», но слово «поэма» для Достоевского важно не как определение жанра, а как отсылка к «Мёртвым душам».

В современном значении «Двойник» - повесть, которой присущи психологизм и сатирический взгляд на общество. Психологическую разработку получила история помешательства Голядкина. Для достоверности Достоевский изучал течение психических расстройств. По словам психиатров, Достоевский довольно точно отразил изменения в поведении человека с расстроенной психикой.

Литературное направление произведения «Двойник» - реализм. Достоевский выступает как последователь Гоголя и романтика Гофмана, остро критикующих современное им общество, использующих для этого элементы фантастики. Социальное и нравственное разложение Голядкина происходит именно под влиянием ненормального, с точки зрения Достоевского, общественного устройства.

Проблематика

Вслед за Гоголем, Достоевский поднимает проблему маленького человека, порождённую самим обществом. Безумие Голядкина развивается вследствие социальной несправедливости: его соперником за руку и сердце Клары, дочери статского советника Олсуфия Ивановича Берендеева, становится чиновник более высокого ранга.

В повести поднимается проблема общественного уничижения человека до положения низменного существа, «ветошки». Для Достоевского важно изобличить «виновника» - чиновничье-дворянское петербургское общество.

Зеркальная к названной – проблема такого «забитого человека» (по словам Добролюбова), который понимает, что к нему относятся, как к грязной тряпке, но в глубине души его теплится задавленное человеческое достоинство.

Нереализованные амбиции Голядкина становятся причиной мании преследования. Двойник – порождение больного сознания Голядкина. Он делает самое неприятное для героя – унижает его. Распад личности Голядкина происходит через потерю, в первую очередь, чина. Голядкин-младший замещает место старшего, ему достаётся повышение по службе. Затем герой теряет и личность, превращаясь в жертву доктора Крестьяна Ивановича Рутеншпица.

Вне чиновничьей службы Голядкин тоже не может реализоваться, потому что распад его личности приводит к отсутствию борьбы даже за возлюбленную, которую он уступает без боя. При этом болезненное восприятие окружающих как врагов, подлецов, возможно, не соответствует действительности.

В повести поднимается также ряд социально значимых и философских проблем: проблема разобщённости людей, хрупкость и слабость человеческой личности, зависимость душевного состояния и нравственности отдельного человека от общественных отношений, влияющих на личность негативно, деформирующих её.

Сам Достоевский в «Дневнике писателя» утверждал, что ничего серьёзнее идеи этой повести в литературу не проводил.

В повести обнаруживается ряд психологических проблем, получивших развитие в дальнейшем творчестве Достоевского. Писатель называл образ Голядкина-младшего «главнейшим подпольным типом», положив основание проблеме душевного подполья своих героев. Проблема двойников тоже получила развитие в романах Достоевского, но они утратили абсолютное сходство, походили на главных героев одними чертами характера, но были противопоставлены другими, низменными, которые, возможно, не были реализованы у главных героев.

Сюжет и композиция

Сюжет повести развивается в двух планах: реальные события, происходящие с чиновником Голядкиным, и события так называемого «романа сознания» героя, реализующиеся только в его воображении.

Сюжет реального плана прост: Голядкин собирается на праздник, посвящённый именинам Клары Олсуфьевны, дочери статского советника Берендеева, его покровителя. По дороге он заезжает к врачу, которому обещает пить прописанное лекарство. Но его не пускают в дом советника, а потом выдворяют. Далее описаны два дня на службе Голядкина. В первый день он сосредоточен на посторонних проблемах и подозревает сотрудников и начальство в интригах и несправедливом отношении.

Во второй день Голядкин проспал и пришёл на службу поздно, потому что проснулся только в час дня. Он не решается зайти в отделение, поднимается туда только в конце работы. В кармане Голядкин находит письмо от Клары Олсуфьевны, о котором забыл с утра. Она просит спасти её от нежеланного жениха. Голядкин готовит карету к условленному времени, но передумывает и решает посмотреть из укрытия, как будут развиваться события. Его замечают и приглашают в дом, где передают в руки доктора.

За эти же три дня сознание Голядкина порождает двойника, которого зовут так же, он в таком же чине. Двойник знакомится с Голядкиным ночью первого дня, ночует у него и пользуется его гостеприимством, на следующий день оказывается принятым на службу в то же отделение. Там он ведёт себя по отношению к Голядкину оскорбительно, пытается выслужиться и обходит Голядкина по службе. Поскольку Голядкину не удаётся объясниться с двойником, он пишет ему письмо, которое передаёт через писаря. Вечером именно Голядкин-младший замечает Голядкина-старшего возле дома статского советника. Он же бежит за каретой, в которой врач увозит Голядкина.

Сюжет повести занимает всего 3 дня. Композиция близка к кольцевой: действие начинается и заканчивается общением с врачом, за этим следует (или этому предшествует) приход в дом статского советника, в который Голядкина первый раз не пускают, а во второй раз, зеркально, приглашают (очевидно, чтобы отдать врачу). Идея двойника возникает у Голядкина при общении с врачом, отстаёт двойник в самом конце, не угнавшись за каретой врача.

Хотя события конца повести подобны событиям начала, Голядкин воспринимает всё по-другому, даже доктор кажется ему другим, страшным.

Герои повести

Главный герой повести «Двойник» - титулярный советник Яков Петрович Голядкин. Его говорящая фамилия происходит от слова голяда, голядка, что значит голь, беднота.

В отзыве о «Двойнике» в 1946 г. Белинский назвал Голядкина обидчивым, помешанным на амбиции человеком, каких много «в высших и средних слоях нашего общества». Голядкину всё время кажется, что его обижают, что против него интригуют. Он видит опасность в любом поведении окружающих: в словах, делах, взглядах. Но, по словам Белинского, в действительности Голядкин не может ничем возбудить к себе зависти: ни личными качествами (умом и способностями), ни положением в обществе, ни богатством. Его опасения вызывают у читателя улыбку.

Белинский считает черты характера Голядкина невыразительными: не умный и не глупый, не богатый и не бедный, очень добрый и слабохарактерный. Жизнь его была бы неплохая, если бы не «болезненная обидчивость и подозрительность».

Согласно Белинскому, единственная добродетель Голядкина, которою он очень гордится, состоит в том, что он идёт прямою дорогою, ходит не в маске. Эти метафоры обозначают, что Голядкин действует открыто, не плетёт интриг. На деле же Голядкин не обладает даже этой единственной добродетелью, пытаясь всё выведать обходными путями, всё время прячась, не предпринимая решительных действий и надеясь, что всё обойдётся.

Среди других черт характера Голядкина его страх перед обществом, чувство социальной незащищённости, способность жертвовать личными интересами.

Добролюбов уже в 1861 г. отнёс Голядкина к типу «забитых людей». Критик воспринимал сумасшествие Голядкина как форму протеста человека-«ветошки» против действительности, которая его унижает и обезличивает.

Добролюбов попытался психологически объяснить причину раздвоения личности Голядкина. Раздвоение возникло у слабого человека между его желанием действовать прямо и подсознательным стремлением самому плести интриги. Голядкин-младший – и есть воплощение этой второй, нереализованной стороны робкого Голядкина. С точки зрения Добролюбова, робость и не совсем исчезнувшее нравственное начало не позволяют Голядкину принять придуманные им гадости как свои собственные. Так появляется двойник.

Мотив двойничества характерен для литературы романтизма и многократно обыгран в образе тени. Но трагико-фантастический план повести позволяет ввести образ двойника – человека с такой же внешностью (что бывает), таким же социальным статусом (это возможно), таким же именем (невозможное совпадение) и даже родом из тех же мест.

Остальные герои повести смотрят на Голядкина подозрительно отчасти потому, что подозревают в нём некоторую ненормальность. Странным поведением Голядкина можно объяснить пьянство Петрушки и его желание уйти от хозяина.

Большое значение в повести имеет речь Голядкина и других персонажей, переданная через призму его восприятия. Монологи Голядкина построены синтаксически правильно, но не передают никакой мысли: «Что, дескать, отчего ж и нет, но что если так дело пошло, то он, пожалуй, готов согласиться».

Стилистические особенности

Ещё современники критиковали повесть за чрезмерную затянутость. Белинский в защиту писателя утверждал, что огромный и сильный талант 24-летнего автора просто ещё не созрел.

Среди достоинств повести Белинский отметил избыток юмора, способность объективно созерцать жизненные явления.

Ещё одной особенностью повести Белинский назвал манеру изложения: она ведётся от автора, но языком и понятиями героя, так что читатель даже не сразу понимает, что герой сумасшедший. Этот же приём порождает комическое в повести.

Среди недостатков Белинский назвал, кроме повторов, ещё и такой: почти все герои говорят похожим языком. Но не в этом ли состоял замысел Достоевского: читатель видит всех героев глазами Голядкина, через призму его сознания преломляется и трансформируется их внешность, поступки и речь. Ещё одной причиной обезличивания героев, их невнятных речей, подобных высказываниям Голядкина, может быть идея Достоевского, что в каждом человеке есть часть сознания Голядкина.

Достоевский – творец многих неологизмов. В повести он впервые использовал глагол «стушеваться», но не признавал его авторства, утверждая, что так говорили его однокурсники, товарищи по Главному инженерному училищу.

Сатирический комический эффект вызывает использование Достоевским говорящих фамилий. Некоторые из них (Басаврюковы) отсылают к поэтике Гоголя, другие вешают на героя ярлык, от чего его личность сразу становится плоской, как в комедии классицизма. Кроме Голядкина, такими фамилиями обладают князь Свинчаткин, полковник Переборкин, генерал Недобаров.

Источник:

goldlit.ru

Достоевский, Федор Михайлович Двойник. Повести и рассказы

Достоевский, Федор Михайлович Двойник. Повести и рассказы

У нас вы можете бесплатно скачать произведения по классической литературе в удобном файле-архиве, далее его можно распаковать и читать в любом текстовом редакторе, как на компьютере, так и на любом гаджете или "читалке".

Мы собрали лучших писателей русской классической литературы, таких как:

  • Александр Пушкин
  • Лев Толстой
  • Михаил Лермонтов
  • Сергей Есенин
  • Федор достоевский
  • Александр Островский

. и многих других известнейших авторов написавших популярные произведения русской классической литературы.

Все материалы проверены антивирусной программой. Также мы будем пополнять нашу коллекцию по классической литературе новыми произведениями известных авторов, а возможно, и добавим новых авторов. Приятного прочтения!

Русский писатель (9 (21) августа 1871 — 12 сентября 1919)

Руусский поэт, драматург (20 августа (1 сентября) 1855 — 30 ноября (13 декабря) 1909)

Русский поэт (15 (27) ноября 1840 (1841?) — 17 (29) августа 1893)

Русский поэт, писатель (11 (23) июня 1889 — 5 марта 1966)

Поэт-символист (3 [15] июня 1867 — 23 декабря 1942)

Русский поэт (19 февраля [2 марта] 1800 — 29 июня [11 июля] 1844)

Русский поэт (18 (29) мая 1787 — 7 (19) июня 1855)

Русский писатель, поэт (14 (26) октября 1880 — 8 января 1934)

Русский поэт. (16 (28) ноября 1880 — 7 августа 1921)

Русский поэт, прозаик, драматург, переводчик, историк. (1 (13) декабря 1873 — 9 октября 1924)

Русский писатель, поэт (10 (22) октября 1870 — 8 ноября 1953)

Русский поэт, художник (16 [28] мая 1877 — 11 августа 1932)

Русская поэтесса, писательница (8 [20] ноября 1869 — 9 сентября 1945)

Русский прозаик, драматург, поэт, критик и публицист. (20 марта (1 апреля) 1809 — 21 февраля (4 марта) 1852)

Русский писатель, прозаик, драматург (16 (28) марта 1868 — 18 июня 1936)

Русский драматург, поэт, дипломат и композитор. (4 (15) января 1795 — 30 января (11 февраля) 1829)

Русский поэт (16 [28] июля 1822 — 25 сентября [7 октября] 1864)

Русский писатель-прозаик (11 августа [23 августа] 1880 — 8 июля 1932)

Русский поэт (3 (15) апреля 1886 — август 1921)

Генерал-лейтенант, участник Отечественной войны 1812 года, русский поэт (16 (27) июля 1784 — 22 апреля (4 мая) 1839)

Русский поэт (3 (14) июля 1743 — 8 (20) июля 1816)

Русский писатель, мыслитель. (30 октября (11 ноября) 1821 — 28 января (9 февраля) 1881)

Русский поэт. (21 сентября (3 октября) 1895 — 28 декабря 1925)

Русский поэт, критик, переводчик. (29 января (9 февраля) 1783 — 12 апреля (24 апреля) 1852)

Русский поэт, прозаик (29 октября (10 ноября) 1894 — 26 августа 1958)

Русский литератор (1 (12) декабря 1766 — 22 мая (3 июня) 1826)

Русский поэт (10 (22) октября 1884 — 23 и 25 октября 1937)

Русский поэт, баснописец (2 (13) февраля 1769 — 9 (21) ноября 1844)

Русский поэт (6 (18) октября 1872 — 1 марта 1936)

Русский писатель (26 августа (7 сентября) 1870 — 25 августа 1938)

Русский поэт, прозаик, драматург. (3 (15) октября 1814 — 15 (27) июля 1841)

Русский писатель (4 (16) февраля 1831 — 21 февраля (5 марта) 1895)

Русская поэтесса (19 ноября [1 декабря] 1869 — 27 августа [9 сентября] 1905)

Русский поэт (23 мая (4 июня) 1821 — 8 (20) марта 1897)

Русский поэт, прозаик (3 (15) января 1891 — 27 декабря 1938)

Русский советский поэт (7 [19] июля 1893 — 14 апреля 1930)

Русский поэт (26 декабря 1862 — 31 января 1887)

Русский поэт, писатель, публицист. (28 ноября (10 декабря) 1821 — 27 декабря 1877 (8 января 1878)

Русский драматург. (31 марта (12 апреля) 1823 — 2 (14) июня 1886)

Русский писатель, поэт (29 января [10 февраля] 1890 — 30 мая 1960)

Русский поэт, драматург и прозаик. (26 мая (6 июня) 1799 — 29 января (10 февраля) 1837)

Русский поэт, общественный деятель, декабрист (18 сентября (29 сентября) 1795 — 13 (25) июля 1826)

Русский писатель. (15 (27) января 1826 — 28 апреля (10 мая) 1889)

Русский поэт (4 мая (16 мая н.ст.) 1887 — 20 декабря 1941)

Русский поэт и писатель (26 июля [7 августа] 1837 — 25 сентября [8 октября] 1904)

Русский поэт (16 [28] января 1853 — 31 июля [13 августа] 1900)

Русский поэт, писатель и драматург (17 февраля (1 марта) 1863, — 5 декабря 1927)

Русский писатель, поэт, драматург. (24 августа (5 сентября) 1817 — 28 сентября (10 октября) 1875 )

Русский писатель, мыслитель. (28 августа (9 сентября) 1828 — 7 (20) ноября 1910)

Русский писатель, поэт. (28 октября (9 ноября) 1818 — 22 августа (3 сентября) 1883)

Русский поэт, дипломат, публицист (23 ноября (5 декабря) 1803 — 15 (27) июля 1873)

Русский поэт, переводчик и мемуарист. (23 ноября (5 декабря) 1820 — 21 ноября (3 декабря) 1892, Москва)

Русский поэт (28 октября (9 ноября) 1885 — 28 июня 1922)

Русский поэт (16 (28) мая 1886 — 14 июня 1939)

Русский поэт, прозаик (26 сентября (8 октября) 1892 — 31 августа 1941)

Русский философ. (27 мая (7 июня) 1794 — 14 (26) апреля 1856)

Русский поэт, прозаик (1 (13) октября 1880 — 5 августа 1932)

Русский философ. (12 (24) июля 1828 — 17 (29) октября 1889)

Русский писатель, драматург. (29 января 1860 — 15 июля 1904)

Русский писатель, поэт (19 [31] марта 1882 — 28 октября 1969)

Источник:

lit-classic.ru

Достоевский, Федор Михайлович Двойник. Повести и рассказы в городе Екатеринбург

В представленном каталоге вы сможете найти Достоевский, Федор Михайлович Двойник. Повести и рассказы по разумной цене, сравнить цены, а также найти иные предложения в группе товаров Художественная литература. Ознакомиться с свойствами, ценами и обзорами товара. Доставка товара выполняется в любой населённый пункт России, например: Екатеринбург, Тюмень, Липецк.